Культура

Священный подвиг отца

Мой отец Хабиб Валиулин в 1941 году ушёл на войну. Ему в ту пору было 33 года

Четверо детей остались дома. Самой младшей дочке исполнился всего один месяц. Брат и три племянника ушли в Уральский добровольческий танковый корпус. С Валериановска шли пешком до Иса, где располагался военкомат. Провожали будущих фронтовиков всем поселком. Далеко шли за солдатами родные, долго не могли расстаться, плакали.

Первый убитый фашист

Bessmertnyj polk
Хабиб Валиулин

Я часто спрашивал у папы, как всё было на фронте. Он отрывочно описал мне картину войны:

— Моё образование на момент призыва составляло семь классов, по тем временам это как высшее образование. Войну начал под Москвой. Приходилось драться с врагом врукопашную. После первого боя у меня волосы стали почти белыми. Помню, как убил первого фашиста. Проколол немца штыком, а он схватился за него, и из-под ладоней побежала кровь. Я выдернул штык и побежал дальше. Позже мне как командиру выдали пистолет.

Под Москвой получил ранение лёгкого. Меня перевязали. Я попросил закурить и впервые в жизни увидел, как из-под бинтов просачивается дым. Оказалось, осколки снаряда проделали дыры в теле.

После госпиталя попал на Курскую дугу. Там была настоящая мясорубка. Моя рота практически полностью была уничтожена. Я сидел в окопе с винтовкой, когда пошли танки. С одной винтовкой против танка не попрёшь, поэтому я выскочил из окопа и побежал.

Танк погнался за мной. Он не стрелял, хотел задавить меня гусеницами. Я прыгнул в одиночный окоп, а танк стал его утюжить. Солдаты из других окопов увидели, как меня завалило, и потом откопали. Так я выжил.

Святая ярость

После того случая в фронтовой истории отца было ещё много боёв. Он всякое повидал и рассказывал, как порой изможденные непрерывными боями молодые солдаты не шли в атаку. Приходилось буквально тащить их за шиворот и грозить пистолетом.

Освобождая города и деревни, наши солдаты слышали от местного населения страшные рассказы. Например, как полицаи заходили в дом со списком жителей и пересчитывали всех.

В одной избе увидели, что одного человека не хватает. Оказалось, ребенок испугался и залез под стол. Немецкий офицер откинул скатерть и выстрелил в него. Затем убил мать, деда и двух девочек и спокойно отправился по следующим домам. От таких рассказов советским воинам еще сильнее хотелось добраться до фашистов и расправиться с ними.

С Рокоссовским мой отец дошёл до Варшавы, а там их остановили, решено было, что на Берлин пойдёт Жуков.

После войны отец ещё служил несколько лет, а после на гражданке обучился нескольким специальностям. Осколки в теле носил всю оставшуюся жизнь, что называется, на память о той зловещей войне.

Анатолий Валиулин, пенсионер

Тэги

Статьи на близкие темы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Закрыть