Чей Пушкин, или Где живёт русское слово?

Наверное, любой на просторах нашей Родины, даже тот, кто далеко не филолог, знает, что начало июня ознаменовано Днём рождения Пушкина. Так как Александр Сергеевич – наше всё, а русский язык и его изучение немыслимо именно без этого классика, в 2010 году ООН учредила Международный день, посвящённый сразу и русскому языку, и Пушкину. Отмечается он 6 июня. А в 2011-м стал ещё и нашим государственным праздником, правда, не дополнительным выходным – этот День принято отмечать в первое воскресенье июня. Без разговора о Пушкине и его значении для нас (сегодня – в условиях противостояния с “братским” народом) не обойдется и этот номер “Качканарского рабочего”.

 “Испокон века в России не техника и не торговля стояли в центре народного сознания, и даже не религия, а литература”.

Сергей Довлатов

В Пушкинские горы – в компании Довлатова

Красивые, поэтичные сказки Пушкина околдовывают ещё в детстве. Не менее увлекательна и его реалистичная проза. Да и вообще личность Александра Сергеевича, однажды установившись, всегда возвышается где-то “над” – громадным блистающим особняком.

Авторитет Пушкина незыблем и однозначен для всех нас. В свете этого жутко странным и вызывающим улыбку является вопрос: “Вы любите Пушкина?”

Что значит “любите”, если он “наше всё”? Но именно этот вопрос, встретившийся на страницах другого великого русского писателя, которого, в общем, к великим не причислял ни он сам, ни его современники, – Сергея Довлатова, к слову, тоже с легкостью обращавшегося с русским словом, стал красной нитью моего путешествия в музей-заповедник “Михайловское”, в Пушкинские горы Псковской области.

Это место очаровывает с первых часов пребывания. Хочется вдоволь надышаться тем самым воздухом, ведь подышишь – кто знает, может, это ненароком взбодрит и твою искру таланта.

В поисках домика Довлатова

В ночь меж двух дней нашего “отпуска” в Пушкинских горах мы, группой единомышленников, отправились на поиски домика Довлатова. Сравнивать Сергея Донатовича с Пушкиным смысла нет, но именно он, как представляется, играет почти ту же роль для читателей 20 века – искусно управляясь с русским словом, легко, иронично, но в то же время очень красочно и метко, так, что сходу всё разбирается на цитаты, Довлатов представляет реализм в современной литературе.

Домик мы нашли. Теперь там тоже музей, и каждый год (в июле) проходит даже целый фестиваль, а тогда это был лишь выкупленный частными лицами дом (почти сарай), закрытый для посещений.

Наша группа из пяти отчаянных журналистов, ломая каблуки и ноги в оврагах между деревеньками Бугрово и Березино, сначала околачивала груши на случайно встретившемся дереве, потом отбивалась от собак, а под конец получила приз – хибару 3 на 2 метра с заколоченными дверьми. В щели этих дверей (входы с обеих сторон дома) под ярким лунным светом хорошо просматривалось, в каких условиях жил экскурсовод Сергей Довлатов летом 1977 года.

Вот он — свидетель эпохи, её памятник. Чернеет на фоне среднерусской равнины. И кажется, что он неподвластен времени. Его крыша продавлена, стены заваливаются. На него страшно смотреть, но это самый известный дом в деревне Березино.

И на его старом крыльце, древнем как сама русская тоска, был поднят тост за память Сергея Довлатова, который показал всю глубину вопроса “Любите ли вы Пушкина?” И для присутствовавших тогда там это осталось самым ярким воспоминанием о поездке на Псковщину – сердце хранилища памяти о мастерах русского слова.

Право любить Пушкина

Право любить Пушкина – и прежде всего русское слово – сегодня отбирают у наших “небратьев” на Украине. Отбирают они сами, трусливо воюя с памятниками из камня и бронзы.

– Для нас Пушкин – это иностранная литература, – говорят они. Слыша такое, внутри что-то переворачивается. Пушкина не трогайте!

Этим абсурдным утверждением и сносом памятников в десятках городов (памятников культурного наследия национального значения, охраняемых государством, между прочим) они отчаянно хотят приблизиться к “западным ценностям” и тамошнему уровню жизни. Только логики в этом нет. Пушкин, Булгаков – абсурдно, но даже Гоголь теперь не милы украинцам. О том, что украинские власти решили убрать произведения русских и советских писателей из школьной программы, в 2022 году объявила рабочая группа Министерства образования и науки Украины. В частности, они решили отказаться от изучения в шестом классе басен Ивана Крылова и рассказов Антона Чехова «Хамелеон» и «Толстый и тонкий» (12+). Их предложили заменить на произведения французского баснописца Жана де Лафонтена, американского писателя О. Генри и французской писательницы Анны Гавальда. Стихотворения Александра Пушкина и Константина Симонова для седьмого класса заменили стихами шотландского поэта Роберта Бернса и немецких поэтов Иоганна Вольфганга фон Гёте и Генриха Гейне.

Убрали романы «Евгений Онегин» (12+) Александра Пушкина и «Герой нашего времени» (12+) Михаила Лермонтова, «Преступление и наказание» (12+) Федора Достоевского, а также роман Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» (16+) и произведения Николая Гоголя петербургского периода.

Специалисты объяснили своё решение «трудностями восприятия таких произведений учениками», а также тем, что «исторический контекст» в них «сложен и далек».

Взамен было предложено проходить «Гордость и предубеждение» (16+) Джейн Остин, роман «Джейн Эйр» (12+) Шарлотты Бронте, роман «Собор Парижской Богоматери» (16+) Виктора Гюго и произведение «Чума» (16+) Альбера Камю. Всё это, безусловно, гораздо ближе и понятнее людям, растущим сегодня под сенью “матери городов русских”.

Без всяких сложных разборов самых компетентных специалистов любому, я думаю, видно, что такие действия по отношению к литературе, которая, как упомянуто в эпиграфе, строит сознание нашего народа, рискуют этот народ сломать. Ведь как бы сильно не хотели того наши “небратья”, немцами или англичанами им не стать.

Могила Пушкина свята для всякого русского

Музей-заповедник “Михайловское” имеет статус объекта культурного наследия федерального значения. Он раскинулся на 10 тысячах гектаров, включает в себя три усадьбы – Михайловское, ригорское», Петровское и принадлежащие им мемориальные парки. А также городища Велье, Воронич, Врев, Савкино (Савкина Горка), озёра: Белогули, Велье, Кучане, Маленец, Чёрное; пойменные луга реки Сороти; музей «Пушкинская деревня», «Музей-мельница в деревне Бугрово» и Центр творческих музейных программ в деревне Бугрово; научно-культурный центр (НКЦ) Пушкинского заповедника в посёлке Пушкинские Горы; имения родственников, друзей и соседей поэта — Воскресенское, Голубово, Дериглазово, Лысая Гора; историческую часть купеческого села Велье, XIV—XX вв.; и почти самое главное – могилу А.С. Пушкина и некрополь Ганнибалов-Пушкиных в Святогорском Свято-Успенском монастыре.

Именно могила Пушкина была особо тщательным образом заминирована отступающими отсюда немецкими войсками в 1944 году. Все Пушкинские горы представляли собой громадное минное поле: согласно отчетам, только на территории Пушкинского заповедника было обезврежено более 14 000 мин, 36 фугасов, 3 новейших по тем временам заряда с «сюрпризом» и 2107 взрывоопасных предметов.

У Новоржевского шоссе, по которому наступали тогда наши войска, даже появился плакат: «Могила Пушкина здесь! Отомстим за нашего Пушкина!» На подобное внимание к захоронению поэта немцы наверняка и рассчитывали; по крайней мере, к таким выводам пришла Чрезвычайная Комиссия: «Оккупанты хорошо знали, что, войдя в Пушкинские Горы, бойцы и офицеры Красной армии прежде всего посетят могилу поэта, и потому немцы превратили ее в западню для патриотов…»

Обезвреживать эти бомбы выпало ребятам из 12-й инженерно-саперной Рижской Краснознаменной ордена Кутузова бригады резерва Верховного Главнокомандования. Командир взвода, лейтенант Сергей Егорович Покидов, к тому времени был представлен к ордену Красной Звезды и награжден медалью «За оборону Сталинграда»; на передовой он находился с первого дня войны, дважды получал ранения. Но именно Покидов вечером 13 июля 1944 года, когда саперы ужинали у пруда, принес в расположение роты незнакомую немецкую мину R.Mi.43 и там же попытался ее обезвредить. Попытка закончилась трагедией – стоило ему снять крышку над взрывателями, как мина сработала. Пострадали более 30 военнослужащих; сам Покидов и восемь его товарищей погибли.

Саперов похоронили в братской могиле у стен Святогорского монастыря. Самому молодому из них Виталию Тренову было восемнадцать; старшему Сергею Покидову – двадцать шесть.

Я, мы – Пушкин

Безумно интересно походить по комнатам, где писал, спал, обедал Пушкин. Анфиладные помещения, кажется, очень неудобны для современного человека, за время советского государства уставшего от переизбытка интимности.

Помню, как меня поразила эта система комнат в большом, казалось бы, доме: зачем делать все помещения проходными, по кругу? Одна комната перетекает в другую. В любую можно попасть, только пройдя ряд тех, что перед ней. Это кажется очень неудобным, но и в Михайловском, и в Тригорском именно такое устройство большого хозяйского дома. Надо думать, раньше семьи имели гораздо более близкую связь между домашними…

Очаровательна калитка, ведущая от дома в Михайловском имении – к псковским далям, дотошно выискиваемым филокартистом в “Заповеднике” (18+) Довлатова – через нее, говорят экскурсоводы, Александр Сергеевич срывался на верховые прогулки, когда к нему приезжали нежеланные гости.

Безумная красота многоярусного пейзажа, сбегающего к самому горизонту, – здесь нет скучного однообразия, рассматривать окружающую природу, наслаждаясь этим, можно, действительно, долго.

Но, возвращаясь к русскому языку… Историки говорят, что поэт всегда восторгался богатством, выразительностью, меткостью русского языка, владел им блестяще и всё же не переставал изучать его всю жизнь. И если сознание нашего народа строится именно на литературе – в этом, вероятно, и кроется объяснение такого преклонения перед гением Пушкина.

Но показать его человеком, а не человеком-памятником, мне кажется, получилось у режиссера Феликса Умарова. Возможно, это непопулярное мнение, но я в восторге от современного фильма “Пророк. История Александра Пушкина” (12+). Пусть эта картина и слишком близка к сегодняшнему дню, и в ней Пушкин слишком не такой, каким он мог быть 200 лет назад, в этой яркой картине я увидела его прекрасным и живым. Имел ли режиссёр и сценаристы на такой взгляд? Конечно! Ведь Пушкин принадлежит всем и каждому из нас.

Наша безусловная любовь

Говорят, в мире около 650 памятников Пушкину (с учётом Украины, возможно, уже 630). Первый был поставлен в год его гибели, в 1837-м – в парке римской виллы З.А. Волконской появилась античная стела из белого мрамора с высеченной надписью «А. Пушкин». А после этого – самые разные: детские изображения с няней; молодого, дерзкого Пушкина; взрослого, задумчивого поэта; барельефы и посвящения…

Но лучшим памятником является наша общая гордость за него, наша безусловная любовь к человеку и творцу, как будто к самой нашей идентичности, не требующая никаких дополнительных вопросов.

Елена Осадчая