Дочитываю мемуары Ильи Эренбурга, например, “Люди, годы, жизнью Под колесами времени” (12+). Интересно очень. Я вообще любитель мемуаристики, а тут то и дело мелькают знакомые имена – писателей, поэтов, художников. Особенно меня интересует том, в котором Эренбург рассказывает о своей деятельности в годы Великой Отечественной войны, когда он колесил с одного фронта на другой в качестве военного репортëра.
А про домовую резьбу я взяла книгу не случайно. Резьбой по дереву я тоже занималась. Хочется продолжить это дело и освоить электролобзик. Как говорится, наши руки не для скуки!
Ещё у меня варится вишневое варенье, возле которого уже вертится сын, вылавливая из сотейника ягоды в сахарном сиропе.
В перерывах между снятием пенок я рассматриваю альбом иллюстраций к произведениям Достоевского, сделанных одним из самых неоднозначных русских художников Ильей Глазуновым.
До сих пор не утихают споры среди искусствоведов о его творчестве.
Что же касается меня, то его большие живописные работы, такие многоплановые, порой перенасыщенные персонажами, вызывают определенный интерес. Главное – они заставляют думать и анализировать. Это важный момент.
И всё же мне ближе, понятнее и дороже именно его иллюстрации и цикл работ, посвященный блокаде Ленинграда. Ну и портретист Глазунов – изумительный, что ни говорите.
Юлия Антонова
